Гимназия носит имя И. А. Бродского

Уважаемые гимназисты, родители обучающихся, педагоги!

В 2019-2020 учебном году в истории гимназии произошло знаменательное событие – нашему учебному заведению присвоено имя лауреата  Нобелевской премии  по литературе Иосифа Александровича Бродского! Это почётно и ответственно.

Решение было вынесено общественной комиссией по городской топонимике и памятникам мемориального значения на основании ходатайства гимназии и результатов голосования среди учащихся, педагогов и родительской общественности по инициативе Архангельского регионального отделения Всероссийской общественной организации «Русское географическое общество» и Архангельского отделения Союза журналистов России.

В соответствии с Положением о порядке присвоения имен и переименования муниципальных учреждений и муниципальных унитарных предприятий муниципального образования «Город Архангельск» были изданы постановления Главы муниципального образования «Город Архангельск» от 6 декабря 2019 года № 2023 «О присвоении муниципальному бюджетному общеобразовательному учреждению муниципального образования «Город Архангельск» «Гимназия № 21» имени Иосифа Александровича Бродского» и 4 марта 2020 года № 412 «О внесении изменения в постановление Главы муниципального образования «Город Архангельск» от 06.12.2019 № 2023». Следующим шагом был процесс внесения изменений в главный документ, регламентирующий деятельность  образовательного учреждения, – Устав. Решение данного вопроса предусматривало согласования нескольких департаментов муниципального образования «Город Архангельск». Завершающим этапом процедуры переименования гимназии была регистрация изменений в Уставе учреждения в налоговом органе.

В июне данные изменения были внесены в Единый государственный реестр юридических лиц.

Таким образом, полное наименование нашего учебного заведения следующее – муниципальное бюджетное общеобразовательное учреждение муниципального образования «Город Архангельск» «Гимназия № 21 имени лауреата Нобелевской премии И.А. Бродского».

Поздравляем всех участников образовательных отношений с присвоением гимназии имени И.А. Бродского в год его 80-летнего юбилея! Уверены, что данное событие откроет новые возможности в исследовательской и поисковой деятельности учащихся (на русском и иностранных языках), будет способствовать повышению интереса к литературному чтению и переводу, развитию межкультурной коммуникации и международного сотрудничества.

В ближайшее время в гимназии будет создана музейная экспозиция, посвященная жизни и творчеству И.А. Бродского.

Приглашаем к сотрудничеству!

5 книг об Иосифе Бродском, написанных его знакомыми

«Культура.РФ» представляет подборку книг об Иосифе Бродском, авторы которых были лично знакомы с поэтом, наблюдали за его работой и знали о его переживаниях и размышлениях. О Бродском, его жизни и творчестве — пять выдающихся монографий последних лет.

«Язык есть Бог. Заметки об Иосифе Бродском» Бенгта Янгфельдта

Шведский ученый-славист и друг Иосифа Бродского Бенгтд Янгфельдт собрал множество самых разных воспоминаний о поэте. Об особенностях его характера, манере выступать перед публикой, любимых странах и городах и даже о гастрономических пристрастиях. Например, приезжая в Швецию, Бродский не мог устоять перед маринованным лососем и котлетами, которые готовила жена Янгфельдта Елена, потому что они напоминали ему о детстве.

«В Стокгольме Бродский пару раз жил на борту корабля-гостиницы на набережной Старого города, снимал квартиру в центре шведской столицы в летние месяцы два года подряд. Его успокаивал вид свинцовых балтийских волн. Они создавали для поэта самый дорогой ему ландшафт — его родной Ленинград».
Бенгт Янгфельдт, «Язык есть Бог. Заметки об Иосифе Бродском»

Рассказал Янгфельдт и о деятельности Бродского как популяризатора поэзии. Поэт совместно с Библиотекой Конгресса США осуществил проект «Нескромное предложение»: Бродский придумал, как сделать поэзию доступной американскому народу в гостиницах, поездах, самолетах, супермаркетах. Он предложил продавать дешевые поэтические сборники или делать их и вовсе бесплатными. На идею Бродского откликнулся один из студентов Колумбийского университета Эндрю Кэрролл, который помог конкретизировать и воплотить проект в жизнь. В итоге его фирменная марка «American Poetry and Literacy Project» распространила более 12,5 тысячи сборников стихов по американским гостиницам.


«Бродский среди нас» Эллендеи Проффер Тисли

«Бродский среди нас» — книга американской писательницы Эллендеи Проффер Тисли, основателя легендарного издательства «Ардис», познакомившего западный мир с Владимиром НабоковымМихаилом Булгаковым и самим Иосифом Бродским.

Главный герой книги, безусловно, Бродский, но в целом Проффер пишет об ушедшей эпохе 1960–80-х и людях, по которым потом судят о времени. В книге личная жизнь поэта становится дополнительным литературным фоном. Автор описывает важные моменты биографии Бродского: жизнь в «полутора комнатах» с родителями, знакомство с Анной Ахматовой и Надеждой Мандельштам, отношения с Марианной Басмановой.

«На бале, после вручения Нобелевской премии, Иосиф танцевал со шведской королевой. Как такое случилось? Как рыжий ленинградский мальчик, отказавшийся ходить к логопеду, подросток, в пятнадцать лет бросивший школу, как он очутился на этой церемонии в Стокгольме? Мы знали, что одного таланта недостаточно».
Эллендея Проффер Тисли, «Бродский среди нас»

Через воспоминания о поэте и его произведениях Проффер рассказывает о судьбе тех русских литераторов, которые ни при каких обстоятельствах не могли быть опубликованы в то время в СССР и книги которых вернулись на родину после мирового признания благодаря издательству «Ардис».


«Прогулки с Бродским и так далее» по фильму Елены Якович и Алексея Шишова

Книга автора «Литературной газеты», тележурналиста Елены Якович основана на материалах документального фильма «Прогулки с Бродским», который она создала совместно с коллегой Алексеем Шишовым. В ноябре 1993 года авторы фильма провели неделю в Венеции с Иосифом Бродским и Евгением Рейном, поэтом и близким другом Бродского, который помог состояться этим съемкам.

Чтобы узнать, согласится ли Бродский сниматься, ему в Нью-Йорк дипломатической почтой отправили три официальных письма, одно из которых было от Министерства культуры. Ответа не последовало. Елена Якович, случайно встретив Рейна у станции метро «Аэропорт», сказала: «Ваш друг, конечно, гений. Но если ему пишет министр культуры России, он может ответить хотя бы «нет». Евгений Рейн предложил позвонить Бродскому напрямую, и поэт сразу подтвердил свое участие в фильме. А письма, как оказалось, до него не дошли.

«Прогулки с Бродским» — единственный документальный фильм о поэте, снятый российскими журналистами, в котором нобелевский лауреат напрямую обращается к отечественной аудитории. В книгу «Прогулки с Бродским и так далее» вошли расшифровки диктофонных записей — афористичные беседы на самые разные темы. Бродский разрешил записывать все, что он рассказывал, не только на камеру. Бумажная версия «Прогулок» также включила главы, посвященные ссылке Бродского в деревне Норенской.

И фильм, и книга интересны в первую очередь тем, что Бродский проводит в них увлекательную экскурсию по Венеции. Поэт сказал журналистам: «Меня не надо бояться, просто пойдемте гулять». Проводя зонтом-тростью, как указкой, по горизонту венецианских вод, Бродский показывал авторам кино свою Венецию и рассуждал об изменениях в России, о вторичности искусства в двадцатом столетии, о значении в современном веке поэта, о своем невозвращении в Ленинград, о том, почему так любит воду, — «и так далее, и так далее». Эта присказка Бродского звучала в фильме множество раз.

«Мир изменился, да и век кончился. 28 января 2016 года, в день его памяти, «Прогулки с Бродским» показывали в Лондоне. В зале была его дочь Анна-Мария. Я поняла, что девушка впервые видела своего отца живым. А потом она сказала, что «не каждому ребенку, рано потерявшему отца, дано такое счастье. Увидеть, каким он был, почувствовать, как он нужен людям».
Елена Якович

«Венеция Иосифа Бродского», автор-составитель Михаил Мильчик

Имя искусствоведа и архитектора Михаила Мильчика нередко встречается в подписях к фотографиям, на которых изображен Бродский, его семья, окружение. «Венеция Иосифа Бродского» — первая фотографическая книга из серии с условной темой «места Иосифа Бродского». В ней поэт изображен на фоне своего любимого города, который занял большое место в его жизни. Их общая жизнь рассказывается через редкие документальные фотографии: например, вот еще молодой Бродский сидит в ресторане на Пьяцца Сан-Марко и смотрит в объектив ироничным и отчего-то обреченным взглядом.

В книге Мильчик публикует редкие фотографии Бродского и машинописные автографы произведений его венецианского цикла.

Тебя не привлекали толпы,
Ты был вовеки одинок,
Гулял ты по Пьяццетте долго,
Где вечность, что морской песок.
Отвергнув мелкие интриги,
Не удивлялся ничему.
И у столба, где лев при книге,
Ты не завидовал ему.
Тебя ловили частой сетью,
Ты поступал наоборот.
Ты был один за всех на свете —
Простой венецианский кот.
Евгений Рейн, «Венецианский кот»

«Иосиф Бродский в ссылке», автор-составитель Михаил Мильчик

Еще одна книга серии «места Иосифа Бродского» — хроника полутора лет жизни поэта в деревне Норенской Коношского района Архангельской области, где он отбывал ссылку. Поэта приговорили к максимально возможному сроку по статье о тунеядстве — пяти годам принудительного труда в отдаленной местности. В итоге в ссылке поэт провел полтора года. На его досрочное освобождение повлияло множество факторов, но главным все же послужила запись судебного заседания, которую тайно вела журналистка Фрида Вигдорова. Благодаря ей о «деле Бродского» узнал весь мир, и к январю 1965 года протест мировой общественности стал так силен, что ленинградским властям не оставалось ничего иного, кроме как вернуть поэта из ссылки.

Поэт Лев Лосев писал: «Грубо сляпанное ленинградцами дело вызвало раздражение в Москве, только когда оно стало приобретать международную огласку. И дело было в простом политическом расчете — хорошие отношения с просоветской левой интеллигенцией на Западе важнее». Лидером мнения западной интеллигенции стал сам Жан-Поль Сартр, считавшийся тогда большим другом СССР: он написал горячее, искреннее и полное недоумения письмо Анастасу Микояну с просьбой освободить поэта.

Альбом о жизни в ссылке состоит из редких фотографий Бродского и друзей, навещавших его, — Евгения Рейна, литератора Якова Гордина и многих других. В книге также опубликовано множество рисунков поэта, машинописные автографы стихотворений, фотографии местных жителей, сделанные самим Бродским, и воспоминания жителей Норенской о знаменитом поселенце. Так местный житель Владимир Черномордик вспоминает, как познакомился с поэтом: он помог Бродскому получить должность разъездного фотографа, а впоследствии стал его другом, останавливался у Бродских в Ленинграде: «Положение административно высланного само по себе сложное, тем более всегда найдется кто-нибудь, кому не по душе интеллигент, пьющий кофе и стучащий на машинке при свечах. Меня всегда удивляла глубина его знаний, осведомленность в вопросах поэзии и истории. Но в лабиринтах повседневной жизни он был явно не силен. Когда я познакомился с ним, он был рабочим совхоза «Даниловский» в Норенской».

Именно после ссылки в деревне Норенской Архангельской области Бродский вернулся тем, кем его позже узнал весь мир. «За те полтора года он набрал ту небывалую высоту», — говорил Евгений Рейн о поэтическом даре друга.

Автор: Валерия Новокрещенова

 

https://www.culture.ru/materials/187156/5-knig-ob-iosife-brodskom-napisannykh-ego-znakomymi

Список Бродского: книги, которые поэт советовал читать

На одном из своих первых занятий в университете новоиспеченный лектор передал студентам написанный от руки список из 83 строк. Список, по словам Бродского, нужно было прочитать, чтобы поддержать «базовую беседу» с поэтом. Портал «Культура.РФ» разделил этот список по темам и рассказал, каким преподавателем был Иосиф Бродский.

4 июня 1972 года, лишившись советского гражданства, Иосиф Бродский покинул страну навсегда. А в июле того же года поэт оказался в Америке. Позже он вспоминал: «Самолет приземлился в Вене, и там меня встретил Карл Проффер. Он спросил: «Ну, Иосиф, куда ты хотел бы поехать?» Я сказал: «О Господи, понятия не имею». И тогда он спросил: «А как ты смотришь на то, чтобы поработать в Мичиганском университете?»

Иосиф Бродский действительно попробовал себя в роли педагога: его взяли в этот университет на должность приглашенного преподавателя. В университете города Энн-Арбор Бродский проработал 12 лет; позже он учил и в Нью-Йоркском и Колумбийском университетах Америки, преподавал в Англии. Поэт вел историю русской литературы, поэзию и теорию стиха. Он выступал с публичными лекциями, читал стихотворения на форумах и фестивалях. Учил он по наитию, нестандартно, поскольку специального образования не получал. В прямом смысле лекции он не читал; как отмечал биограф поэта Лев Лосев, «все его уроки были уроками медленного чтения поэтического текста». Бывший студент Бродского Стивен Биркертс рассказывал о своем преподавателе:

Бродский был в одно и то же время худшим и самым живым и увлекательным из всех моих учителей. Худшим, потому что он не делал ничего, совершенно ничего, чтобы наша встреча с трудным поэтическим текстом стала приятной или, в обычном смысле, поучительной. Отчасти это происходило от его неопытности: прежде учить ему не приходилось, — отчасти потому, что его английский тогда еще оставлял желать лучшего. Но более всего это было выражением того, чем он был и что он понимал под поэзией. Поэзия не была чем-то, что можно «объяснить», усвоить и перемолоть в парафразе. По поводу чего можно сделать зарубку: постиг. Скорее, это была битва, в которую бросаешься полный страха и трепета, встреча лицом к лицу с самой материей языка. Такая встреча могла заколебать почву под нашими основными представлениями о бытии. Бродский выводил учеников, нас, на арену, но сражаться вместо нас он не собирался. В этом было что-то почти садистическое. По временам казалось, что нас окончательно разоблачили — не только наше невежество и банальность представлений о поэзии, но и то, как мы представляем себе мир вообще.
Список с произведениями, который Бродский в начале каждого первого семестра давал студентам, не был систематизирован. Мы разделили его на темы — так вы легко сможете выбрать интересующую область. Изучайте историю с античными авторами, читайте философские труды и знакомьтесь с поэзией разных стран.
И. Бродский. Стихотворения для детей

                     Учащиеся 6-х классов знакомятся с поэтическим творчеством Иосифа Бродского.В  дистанционном режиме   в программе  Google Docs создаётся презентация «Стихотворения для детей И.Бродского».

                     Несмотря на то, что стихотворения поэта написаны более 50 лет назад ,они удивительно интересно рассказывают о путешествии вокруг света на слоне, о том, что бывает, когда теряешь бдительность, купая пса, узнаёшь, чем отличается мышь, белая, дрессированная, от обычной серой.

В  стихотворениях нет назидательности, есть игра и фантазия, есть динамичный сюжет, юмор, неожиданный  для детей и взрослых вывод.

                    Поэт словно возвращается в собственные детские годы и говорит с читателем-ровесником об интересных и важных для них вещах. В стихотворениях для детей поэт смотрит на мир глазами ребёнка. И в этом их уникальность!

                     Первое стихотворение И.Бродского  «Баллада о маленьком буксире».Оно было опубликовано в детском журнале «Костёр» в 1962 году. Главный герой- маленький буксир, он работает в порту. Жизненным девизом этого маленького трудяги являются слова : «Но я должен остаться  там, где нужен другим».

                     Герои стихов И.Бродского — это и Маша-плакса, которая не любит умываться, и весёлые путешественники с неутомимой энергией и желанием увидеть весь свет и поделиться увиденным, и незадачливые ученики, которые спорят о том, кто открыл Америку, и пёс Пират, и  двоечник Вова, и многие другие.

                Героями детских стихов Бродского выступают домашние (или хорошо знакомые каждому ребенку) животные, участвующие в обыденной жизни. В стихотворении «Пират» — это мохнатый пес, спасающийся от своего хозяина, который хочет выкупать его в ванне: «И от лап его лохматых / всюду мокрые следы… // Настоящие пираты / не пугаются воды».

             Стихотворение «Чистое утро» (не опубл.) — хвала всем, кто не ленится умываться (коты, кроты, лиса, майский жук, паук, сом, совы, вороны, грачи) и урок всем грязнулям: «День встает во всей красе. / Нужно мыться — знают все. / …Только Машка-плакса / между них, как клякса».

             От сильной жары в стихотворении «Июль» изнемогает в норе полевая мышь, овечка в поле и лось в чаще; лишь «…осы жалятся, как пули. / Воет мошкара».

             Стихотворение «Летняя музыка», подаренное Насте Томашевской на день рождения, состоит из семи «арий», написанных от лица кошек, птиц, насекомых, собак, рыб, дождя и деревьев.

             А вот героями стихотворения «Ссора» становятся представители растительного мира. Текст повествует о том, как поссорились две старые приятельницы, Капуста и Морковка: «Однажды Капуста приходит к Морковке / и видит: Морковка лежит в упаковке…».Капуста обижается на нарядившуюся подругу за то, что та не берет ее с собой в гости к Ножу, но утешается тем, что и она не возьмет Морковку к двум Ложкам на Щи.

             Говоря о животных в детских стихах Бродского, особое внимание следует уделить кошкам и котам. В шуточном стихотворении «Слон и Маруська»  у поэта  кошка («не кошка — краса круглолицая»), которая  сломя голову спешит слону на помощь:

 

 И, острые когти поглубже вобрав,

среди снегопада и мороси

 

Маруська к Госцирку несется стремглав

почти на космической скорости.

 

              Ленивому коту Самсону посвящено целое стихотворение («Самсон, домашний кот»). В нём описывается жизнь  домашнего кота, который беззаботно гуляет по крышам в хорошую погоду, а в плохую — «смотрит с миной безучастной / из окна квартиры частной».

 Черепанова Елизавета 6б кл.

Черепанова София 6б кл.

Бурмагина Виктория 6а кл.

Опарина Елена Леонидовна.

       

Шапка, графиня и хулиган

Дмитрий Воденников о приближающемся дне рождения Бродского

Павел Первый стоит у окна и видит, как идет мимо Зимнего дворца пьяный мужик. Павел смотрит на него и говорит машинально: «Вот же скотина, идет мимо царского дома и шапки не ломает!»

Как только приближенные узнали об этом замечании государя, сразу последовало приказание: всем проходящим и проезжающим мимо дворца шапки свои снимать. Дождь ли, снег — значения не имеет. Голову велено было обнажать при входе на Адмиралтейскую площадь со стороны Гороховой и Вознесенской улиц. (Больше всего пострадали возницы: кучерам свою шапку пришлось зажимать в зубах).

Переехав незадолго до своей смерти в Михайловский замок, внимательный император заметил, что все прохожие, идущие мимо дворца, снимают шляпы, и поинтересовался причинами такой неожиданной учтивости. «По высочайшему вашего величества повелению», — был ответ. «Я никогда ничего подобного не приказывал!» — вскричал Павел, ужасно расстроившись, и велел этот азиатский обычай отменить.

Однако отменить — не ввести. Теперь полицейские офицеры часами стояли на углах улиц, ведущих к Михайловскому замку, чтобы просить благородных прохожих шляп и шапок с головы не снимать, а тех, кто попроще, даже иногда немного поколачивали. За выражение, так сказать, излишнего верноподданнического почтения.

Эта широко известная история про шапки долго лежала у меня в черновиках и еще столько бы пролежала, если бы я не вспомнил, что через две недели, 24 мая, Иосифу Бродскому исполняется со дня рождения восемьдесят лет.

Это оптический фокус: мы не можем представить себе Пушкина, читающего роман Достоевского «Бедные люди» (хотя Пушкину было бы тогда только сорок семь лет), или Лермонтова, открывающего «Войну и мир».

Вот и Бродский нам кажется теперь монументом, у нас даже в голове не укладывается, что он мог дожить до наших кипящих нынешней майской зеленью дней. Мог напечатать свои новые стихи (которые бы некоторые освистали). Мог читать нынешних лауреатов «Нацбеста». Мог бы высказать свое мнение о Трампе, о поправках к нашей Конституции, мог бы что-то сказать в своем интервью про Крым и Донбасс.

И даже более того. Мог, отринув олимпийские выси, спуститься к народу: завести себе сначала, положим, страницу в Facebook. (Завела же себе его Юнна Мориц, которая старше Бродского на три года и которая уже написала там что-то важное про свадьбу Богомолова и Собчак).

Сидел бы тогда ночами в своем Бруклине, заходил бы в свой аккаунт, когда в России все уже спят, заглядывал бы к кому-нибудь в смолкнувшие комментарии, писал бы там: «А, по-моему, это фигня». Или еще что покрепче.

Кого-нибудь непременно забанил. Фотографировал бы кота.

Интересно, как бы на него реагировали люди? Снимали бы виртуальные шапки?

… Однажды знаменитый историк искусств Александр Габричевский сказал про Бродского, когда в середине 60-х годов с ним познакомился (то есть Бродский вполне себе еще молодой): «Это самый гениальный человек, которого я видел в жизни». А когда-то кто-то удивленно спросил: а как же Стравинский, Кандинский и даже Лев Толстой, которых Габричевский тоже видел, то тот снова невозмутимо повторил: «Это самый гениальный человек, которого я только видел в жизни». То есть снял в почтении перед ИБ свою шляпу.

Но были люди, которые шапок перед ним не ломали.

Например, графиня Мариолина Дориа де Дзулиани, профессор славистики, поклонница русской культуры, переводчица стихов Владимира Маяковского с предисловием Лили Брик. (Найдите ее фотографии в интернете — она невероятно красивая женщина.)

Именно по ее приглашению Бродский первый раз приехал в 1972 году в Венецию, которой бредил и в которую так давно стремился. Приехал — и был страшно разочарован. Нет, не Венецией, конечно. Пансионом, где графиня предложила ему жить.

Графиня не могла его поселить в своем доме, в котором тогда шел ремонт, и Бродскому это очень не понравилось. Каждый день он приходил к ней, иногда даже обедал у нее и ужинал — и все рассматривал с восхищением шестиметровые потолки. «Потолок, потолок», — повторял он. В пансионе таких потолков, конечно же, не было.

«Он хотел, чтобы я сняла ему палаццо! Не понимаю, откуда был такой размах у советского человека? Но найти для него палаццо было невозможно. Я сняла ему весьма трендовый тогда пансион, который совсем не пах мочой, как это упомянуто в книге», — по-итальянски смешно горячась, говорит в позднем своем воспоминании Мариолина де Дзулиани.

Но и без потолков и палаццо Бродский дал «прикурить» графине по полной.

Тогда же Facebook не было — все надо было делать вживую. Вот Бродский и старался как мог.

«Общение с ним было пыткой — каждое утро уже «под мухой» он заявлялся ко мне, выкрикивая с улицы самые неприличные слова. Я очень боялась, что соседи поймут, что кричит наш гость. Он абсолютно не знал, как себя вести — был навязчивым, нарочитым. Все разговоры наши сводились к тому, что он меня «хочет». Это было тяжело и неприятно».

Невзлюбил Бродский и Мераба Мамардашвили, с которым графиня тоже тогда дружила: называл известного философа армянином, хотя тот был грузин. Писал про них с графиней в «Набережной неисцелимых» язвительные мужские сплетни, упрекал в измене:

«Она была действительно сногсшибательной, и, когда в результате спуталась с высокооплачиваемым недоумком армянских кровей на периферии нашего круга, общей реакцией были скорее изумление и гнев, нежели ревность или стиснутые зубы, хотя, в сущности, не стоило гневаться на тонкое кружево, замаранное острым национальным соусом. Мы, однако, гневались. Ибо это было хуже, чем разочарование: это было предательством ткани».

Сейчас это Бродский, наверное, написал бы в Facebook сперва в подзамочном посте. Но, как всегда, у нас бывает — кто-нибудь бы вынес все это на общее обсуждение во вражескую ленту.

В ход бы пошли скриншоты и жалобы в фейсбучную администрацию. Возможно, аккаунт Бродского на три дня даже бы и забанили.

Впрочем, забанила Бродского и сама Мариолина Дориа де Дзулиани.

«… та неделя была для меня кошмаром. В конце концов, я не выдержала, открыла дверь, схватила его за ворот и спустила с лестницы».

С наступающим Вас, Иосиф Александрович! С будущим через две недели днем рождения.

Вы, как и положено настоящему поэту, ужасный хулиган. Этим нельзя не восхититься.

Вряд ли Вы смотрите на нас сейчас сверху из своей литературной Валгаллы: у Вас есть там собеседники поинтересней.

Но мы все равно будем писать в администрацию небесного Facebook, чтобы Вас вывели из-под вечного бана или наконец вернули на землю под каким-нибудь новым аккаунтом.

Возвращайтесь. Мы сперва, ломая шапки, будем тихо ходить в Ваш профиль по подписке, потом пошлем робкий запрос (ахнем, что Вы нас зафрендили), потом осмелеем, перейдем с Иосифа Александровича на Иосифа, потом на Йосю, начнем спорить с вами, называть вас ватой или как-нибудь наоборот, станем хамить, делать иронические перепосты, однажды окончательно расхрабрившись, устроим Вам травлю, а уже в конце, прочитав под каким-то нашим постом Ваш высокомерный нетрезвый комментарий, возмутимся и опять Вас все дружно забаним. Теперь уже навсегда.

https://www.gazeta.ru/comments/column/vodennikov/s63353/13081333.shtml?utm_referrer

Презентация «И.Бродский. Стихи для детей»